Очень требовательный диалог

АР/ТАСС

Путинская харизма, которая подействовала на многих мировых лидеров (в списке жертв специфического «обаяния» российского начальника и американский президент Джордж Буш, и его французский коллега Николя Саркози), не сработала с Эммануэлем Макроном. О чем французский президент предельно ясно сообщил в ходе совместной пресс-конференции, состоявшейся по итогам встречи Путина и Макрона: «Я никогда не считал, что политическая жизнь и дипломатия состоят в том, чтобы объяснять ее элементами термодинамики или личной химии. Цель политики и дипломатии заключается в том, чтобы найти конкретные решения для наших реальных проблем». Между тем, именно на путинскую харизму, а, проще говоря, способность обдурить западных лидеров, делает упор в последнее время отечественная дипломатия. Месяца полтора назад я наблюдал, как в ходе российско-американской конференции представители нашей страны один за другим били в одну точку — противоречия разрешатся в случае встречи лидеров двух стран.

Позицию России можно понять. Как ни крути, отношения с ведущими мировыми державами, за исключением Китая, находятся в тупике. Вопреки расчетам Кремля Запад не смог проглотить аннексию Крыма и секретную войну на Донбассе. Как следует из итоговых документов саммита Евросоюза и G7, санкции никто не собирается отменять. Москва как была, так и остается отрезанной от западных технологий и инвестиций. Забавно, что, выступая в Версале, Путин поведал, что товарооборот с Францией вырос в 2016-м на 14 процентов по сравнению с 2015-м, но забыл сказать, что этот самый товарооборот упал вдвое по сравнению с 2013-м. Выхода из ситуации не предвидится даже в отдаленной перспективе: понимая, насколько шатка ее позиция с точки зрения международного права, Москва в принципе отказывается обсуждать аннексию Крыма. Что до Донбасса, то совершенно очевидно, что Кремль ни при каких условиях не отдаст контроль над границей, позволяющий беспрепятственно длить военный конфликт в соседней стране. В этих условиях российскому начальству остается надеяться, что рано или поздно одержит победу прагматичный цинизм западников (чего сейчас не происходит) или на особые экстрасенсорные способности Путина В.В.

Справедливости ради заметим, что и Запад тоже оказался к настоящему моменту в трудной ситуации: никто не знает, что делать с ядерной державой, постоянным членом Совбеза ООН, если она самым наглым образом нарушает международное право. Поэтому один за другим лидеры западных стран пытаются в диалоге с Путиным найти правильный тон и современный эквивалент политики мирного сосуществования, которая принесла плоды в период предыдущей холодной войны.

Похоже, нынешний раунд этого специфического диалога остался за Западом. Мало того, что Макрон ясно дал понять: никаких личных отношений, а значит, и никакого взаимного доверия. «Мы многие вещи сказали друг другу. Я сказал, что я думаю по ряду ситуаций… Об этом я не буду вам рассказывать, потому что так принято в дипломатии. Но я полагаю, что мы всё друг другу сказали». При этом новый французский президент не менее ясно продемонстрировал, что его подход заключается в том, чтобы предельно конкретно описать «красные линии», нарушение которых повлечет ответные акции. Так по Сирии — это новое применение отравляющих веществ: «Я говорил с президентом Путиным, что с нашей стороны существует красная линия в виде использования химического оружия. Любое использование химического оружия сразу же будет поводом для ответа».

Столь же определенна позиция Франции и по «украинскому кризису»: «По данному вопросу я подтверждаю то, что уже говорил ранее: если понадобится, то санкции, возможно, будут усилены, но только в случае эскалации конфликта на Украине, — заявил Макрон. — Если произойдет деэскалация, то тогда и санкций не будет». «И я желаю, чтобы произошла именно деэскалация», — подчеркнул президент Франции. При этом Макрон сообщил, что решено «в кратчайшие сроки» созвать встречу в «нормандском формате», а перед этим «провести аудит» ситуации на Донбассе на основе доклада ОБСЕ. Что, замечу, вовсе не сулит поддержки российской позиции.

Наконец, Макрон заявил, что договорился с Путиным «отслеживать ситуацию» с правами гомосексуалов в Чечне: «Мы говорили об ЛГБТ в Чечне, а также об НКО в России. Я очень четко указал президенту Путину, чего ожидает Франция по этому вопросу, и мы договорились, что будем регулярно отслеживать ситуацию вместе».

Столкнувшись со столь определенным подходом, Путин на глазах сдул свою харизму. Он попытался вяло сыронизировать по поводу подчиненной роли Франции в антитеррористической коалиции (это отголосок любимой путинской темы о том, что западноевропейские страны отдали США значительную часть своего суверенитета). Потом ожидаемо заявил, что санкции никак не помогут нормализации ситуации на Украине. «Хочу поблагодарить вас за ваш вопрос, — вдруг снизошел он к одному из журналистов. — Вы спросили, как санкции против России помогут нормализации кризиса на юго-востоке Украины. Никак не помогут». А затем с нехарактерной для российского лидера патетикой вдруг призвал журналистов бороться за отмену всяческих санкций и ограничений: «Я обращаюсь к представителям СМИ: боритесь за отмену всяческих ограничений в мировой экономике. Только отмена всяких ограничений, свободный рынок и свободная конкуренция, честная, не обремененная политическими соображениями и конъюнктурными инструментами может помочь развитию мировой экономики и способствовать решению таких задач, как борьба с безработицей и повышение жизненного уровня наших граждан».

Похоже, что проверенных бойцов кремлевского пула даже обидело то, что главный начальник не пожелал заступиться за них, когда Макрон исчерпывающим образом описал состояние отечественной журналистики. Когда корреспондент RT France (французского отделения канала Russia Today) стал жаловался на «определенные сложности» с получением доступа к предвыборному штабу Макрона, французский президент не стал скрывать своего отношения к российским государственным СМИ: «Если кто-то распространяет клевету, то это уже не журналисты. Russia Today и Sputnik распространяли ложную информацию и клевету».

При этом в ходе пресс-конференции участники не обращались друг к другу, ведя собственные монологи. Точно по законам чеховской драматургии. Таким, видимо, и будет теперь «требовательный диалог», обещанный Путину Макроном.

 




Фото: 1. Франция. 29 мая 2017. Президент Франции Эммануэль Макрон и президент РФ Владимир Путин (слева направо) во время встречи в Версале. AP/ТАСС












  • Андрей Колесников: Это абсолютный политический тупик, особенность которого состоит в том, что Россия выстраивает его сознательно.

  • "Коммерсант": Дальнейшие меры в отношении России — и, вероятнее всего, имена... потенциальных фигурантов черных списков — в ближайшие дни будут обсуждать на различных европейских площадках.

  • Максим Дбар: Западные дипломаты приезжают на встречу. К ним выходит Лавров и начинает прилюдно есть дерьмо.

РАНЕЕ В СЮЖЕТЕ
Переход триумфа в катастрофу
9 ФЕВРАЛЯ 2021 // АЛЕКСАНДР ГОЛЬЦ
Внешнеполитическую деятельность довольно часто сравнивают с военными действиями. «Дипломатическое наступление», «МИД перешел в глухую оборону» — этими сравнениями пестрят российские и зарубежные газеты. Причина понятна: в обоих случаях происходит столкновение интересов разных государств, часто прямо противоположных. Отсюда — накал страстей и противоборство интеллектов. При этом часто без внимания остается принципиальное отличие дипломатических баталий от тех, что происходят на поле боя. В дипломатии не должно быть побежденных, победой является совместная договоренность или, по крайней мере, достижение взаимопонимания.
Прямая речь
9 ФЕВРАЛЯ 2021
Андрей Колесников: Это абсолютный политический тупик, особенность которого состоит в том, что Россия выстраивает его сознательно.
В СМИ
9 ФЕВРАЛЯ 2021
"Коммерсант": Дальнейшие меры в отношении России — и, вероятнее всего, имена... потенциальных фигурантов черных списков — в ближайшие дни будут обсуждать на различных европейских площадках.
В блогах
9 ФЕВРАЛЯ 2021
Максим Дбар: Западные дипломаты приезжают на встречу. К ним выходит Лавров и начинает прилюдно есть дерьмо.
Сомнительные диагнозы, примитивные рецепты
28 ЯНВАРЯ 2021 // АЛЕКСАНДР ГОЛЬЦ
Сначала планировалось онлайн выступление главного начальника в рамках виртуального форума «Давосская повестка дня 2021», а потом — обыски и аресты. Но потом решили совместить. Как ни крути, борьба с крамолой для российской власти куда актуальнее. В результате обещанное президентским толмачом «объемное и интересное» выступление Путина, наложившись на репрессии, стало куда объемнее и интереснее, нежели первоначально планировалось. Следует признать, что факт приглашения главы российского государства выступить в рамках Давосского форума — большой успех Кремля.
Прямая речь
28 ЯНВАРЯ 2021
Алексей Макаркин: Реальный сектор адаптируется к национальным государствам, а новая экономика перестраивает их в соответствии со своими стандартами. И Россия оказалась в авангарде тех, кто требует это ограничить.
В СМИ
28 ЯНВАРЯ 2021
МК: Напуганная аудитория, казалось, была вправе ожидать готовых рецептов, следование которым позволит предотвратить глобальную катастрофу, но их у российского президента, увы, не нашлось.
В блогах
28 ЯНВАРЯ 2021
Boris Zeitlin: Припугнув Давос концом цивилизации, Х-ло приказало выпилить Навальному дверь
Вперед, в прошлое… В холодную войну
27 ЯНВАРЯ 2021 // АЛЕКСАНДР ГОЛЬЦ
В мае 1977 года, больше сорока лет назад, в Женеве проходила встреча глав внешнеполитических ведомств США и СССР. По завершении которой госсекретарь Сайрус Вэнс сообщил журналистам, что сторонам удалось существенно сузить сферу разногласий. А вот советский министр иностранных дел Андрей Андреевич Громыко с обычной кислой миной на лице поведал, что основные различия в подходах сохраняются и что США продолжают свои попытки добиться односторонних преимуществ. После чего репортерам оставалось лишь гадать, провели ли советский министр и американский госсекретарь последние три дня на одной и той же встрече.
Прямая речь
27 ЯНВАРЯ 2021
Константин фон Эггерт: Не следует ожидать каких-либо резких антикремлёвских действий со стороны Вашингтона, только периодической резкой риторики, не более.